Об отношении имама к своим ученикам

Передают со слов ас-Саймари, что кади Шурайк сказал: «Абу Ханифа подолгу молчал, помногу размышлял, внимательно рассматривал вопросы фикха, прекрасно владел тонкими методами исследований и не требовал никакой платы за обучение. Если ученик был беден, он содержал на свои средства и самого ученика, и его семью, а когда обучение завершалось, говорил: “Познав дозволенное и запретное, ты обрел самое большое богатство”. Он отличался большим умом и мало с порил с ними».

В своей книге о достоинствах Абу Ханифы аль-Кардари сообщает, что Абу Йусуф, да помилует его Аллах, сказал:

— Я занимался изучением хадисов, но денег у меня было мало. Когда я находился у имама Абу Ханифы, ко мне пришел мой отец и сказал мне: «О сынок, не равняйся с ним, ибо он человек опытный, а ты нуждаешься в нем!» — и тогда я решил подчиниться отцу и перестал уделять поискам знания так много времени. Хватившись меня, имам стал расспрашивать обо мне, а, когда увидел меня, спросил: «Что заставило тебя покинуть нас?» Я ответил: «Поиски заработка», а когда люди вернулись и я хотел уйти, он дал мне кошелек с сотней дирхемов и сказал: «Расходуй эти деньги, а когда они закончатся, дай мне знать и не покидай этот кружок». Через некоторое время он дал мне еще сто дирхемов, и каждый раз, как деньги заканчивались, он давал мне ещё, будто ему сообщали о том, что они были израсходованы, хотя я ничего ему не говорил, и так продолжалось до тех пор, пока я не узнал все, к познанию чего стремился. Да будет награда Аллаха ему прекрасной и да простит Он его!

В этой книге приводится также следующий рассказ:

— Аль-Хасан бин Зийад, неотступно следовавший за имамом, был беден, а его отец говорил ему: «У нас есть дочери, а сына, кроме тебя, нет, так займись же ими». Узнав об этом, имам выделил ему необходимые средства и сказал: «Занимайся фикхом, ибо, поистине, мне никогда не приходилось видеть нуждающегося факиха».

Сообщается, что аль-Валид бин аль-Касим сказал: «Ан Ну‘ман бин Сабит проявлял большую заботу своих последователях и тайно расспрашивал других о их положении. Узнав, что кто нибудь из них испытывает нужду, имам утешал его; когда кто нибудь из них или их близких болел, он навещал больного; когда кто нибудь из них или их близких умирал, он приходил на его похороны, а когда с кем-либо из его последователей случалась беда, имам, отличавшийся щедростью и поддерживавший хорошие отношения с людьми, старался помочь ему».

Сообщается, что Хафс бин Хамза аль-Кураши сказал: «Иногда какой нибудь человек, который проходил мимо Абу Ханифы, подсаживался к нему, не преследуя никакой цели и не принимая участия в беседе; когда же он поднимался со своего места, имам спрашивал о нем, и если тот испытывал нужду, Абу Ханифа что нибудь дарил ему, а в случае болезни навещал его, что побуждало человека поддерживать отношения с имамом, который проявлял необыкновенную щедрость к своим знакомым». Аль Хасан бин Сулейман сказал: «Имам отличался щедростью, и не встречал я подобного ему. Он ежемесячно выплачивал своим последователям их содержание и всегда поддерживал их».

Абу Сулейман аль-Джузджани сказал:

— Аллах облегчил для Абу Ханифы постижение фикха, и он хорошо разбирался в его тонкостях. Когда имам разбирал со своими последователями тот или иной вопрос, они много и громко говорили, касаясь различных областей знания, тогда как Абу Ханифа хранил молчание. Когда же Абу Ханифа начинал объяснять то, что они обсуждали, все умолкали, и казалось, будто в собрании никого нет, несмотря на то что там находились знатоки фикха и известные ученые. Как-то раз Абу Ханифа говорил, а все присутствующие хранили молчание, когда же он закончил говорить, один из них сказал: «Слава Тому, Кто заставил всех внимательно слушать тебя!»

Абу Сулейман также сказал: «Абу Ханифа был удивительным человеком, а его слова не желал слушать только тот, кто не способен его понять».

Как-то раз Суфйан бин ‘Уйайна, проходивший мимо мечети, где находился Абу Ханифа со своими последователями, услышал громкие голоса и сказал: «О Абу Ханифа, это мечеть, и здесь не следует повышать голос», на что имам ответил: «Оставь их, ибо иначе фикх им не постичь».

Сообщается, что Абу Йусуф, да помилует его Аллах Всевышний, сказал:

— Как-то раз дождливым днем мы вместе с другими последователями имама, среди которых были Дауд ат-Та’и, ‘Афийа аль-Ауди, аль-Касим бин Ма‘н аль-Мас‘уди, Хафс бин Гийас ан-Наха‘и, Вукай‘ бин аль-Джаррах, Малик бин Мугаввиль, Зуфар бин аль-Хузайль и другие, собрались у Абу Ханифы, да помилует его Аллах Всевышний, который вышел нам навстречу и сказал: «Вы принесли радость моему сердцу и развеяли его печаль. Я оседлал для вас фикх и взнуздал его, а вы можете сесть на него верхом, если пожелаете. Нет среди вас никого, кто не годился бы на должность судьи, а десять человек из вас могут стать учителями судей. Я прошу вас ради Аллаха и того великого знания, которое Он вам даровал, не допускайте унижения этого знания! Если кто-нибудь из вас подвергнется испытанию и ему предложат должность судьи, но он будет знать, что есть у него недостаток, который Аллах скрыл от прочих Своих рабов, пусть помнит, что нельзя ему быть судьей, и не станет благим удел его; если же внутренне он является таким же, как и внешне, то он может быть судьей и удел его будет благим. И если необходимость заставит его стать судьей, пусть ни в коем случае не отделяет себя от людей, и посещает общие молитвы, и перед каждой молитвой спрашивает, не нужно ли чего кому-нибудь, а после вечерней молитвы спрашивает об этом по три раза и только потом уходит домой. Если же он заболеет и не сможет исполнять свои обязанности, он не должен будет получать свое содержание за время болезни».

Имам Абу Ханифа, да помилует его Аллах Всевышний, увещевал своих учеников лишь время от времени, опасаясь, что его наставления могут наскучить им. Сообщается, что Мусавир бин аль-Варрак сказал:

— Абу Ханифа, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: «Не говори о фикхе с тем, кто не желает постичь его, ибо в противном случае ты только доставишь мучения и этому человеку, и другим своим собеседникам. Не возвращайся к разговору с тем, кто станет перебивать тебя, ибо такой человек лишен любви к знанию и мало воспитан». И имам часто говорил: «Коран есть слово Аллаха, выше которого тебе не подняться».

Сообщается, что Фадль бин Ганим сказал:

— Когда Абу Йусуф заболел, имам неоднократно навещал его. Как то раз, увидев, что больной находится в тяжелом состоянии, Абу Ханифа сказал: «Я надеялся, что после моей смерти ты заменишь меня для мусульман, и, поистине, с твоей смертью исчезнет из мира много знания!» После этого выздоровевший Абу Йусуф стал придерживаться очень высокого мнения о себе и собрал в своей мечети кружок людей, которые записывали его слова. Узнав об этом, имам послал к нему человека и велел ему спросить Абу Йусуфа: “Что ты скажешь о белильщике тканей, который сначала не желает признавать, что какая-либо вещь принадлежит другому, а потом приносит отбеленную вещь владельцу и требует плату?” И имам сказал: «И если он ответит: “Ему следует заплатить”, скажи: “Ты ошибся”, если же он ответит: “Не следует”, тоже скажи: “Ты ошибся”.» Этот человек все так и сделал, после чего Абу Йусуф немедленно явился к Абу Ханифе, который сказал ему: «Ты пришел не иначе как из за вопроса о белильщике. Преславен Аллах! Человек, который говорит о религии и собирает учеников, но не может правильно ответить на один из вопросов, касающихся оплаты, достоин удивления!» Тогда Абу Йусуф попросил: «Научи меня», а Абу Ханифа сказал: «Если он отбеливал до отказа, заплатить следует, потому что он отбеливал для владельца, если же он отбеливал после, то платить не следует, потому что он делал это для себя». Затем имам сказал: «Пусть оплакивает себя человек, считающий, что ему больше нечему учиться».

Ученики не должны обучать друг друга и никто, кроме учителей, не может привить им любовь к знанию.

Однажды Абу Ханифе, да помилует его Аллах Всевышний, сказали: «В этой мечети собираются люди, изучающие фикх». Он спросил: «Есть ли у них старший?» Ему ответили: «Нет», и тогда он сказал: «Они никогда ничему не научатся, ибо они могут допустить ошибку, но не узнают о ней, и будут идти против истины, считая, что поступают хорошо».